Петрович вернулся через неделю на темно–синем "Вольво–940". Собственном, только что купленном. Не у перегонщика в Подольске по липовой доверенности на бабку из Чернобыля, а в натуральном автосалоне в центре Москвы. У официала! С гарантией!!! Это был диагноз: жизнь — удалась.
Жучара, чтобы выебнуться по–взрослому, ну вот так, чтоб у меня и окрестных пацанов челюсть отвисла, три дня тайком тусовался по Москве, не появляясь в офисе. Оформлял тачло в "Содружестве", кажется. Был такой официальный дилер "Вольво" в бывшей парикмахерской напротив будущего Сбербанка.
"Вольван" в те суровые времена позиционировался не колымагой для пенсов. Это был знак качества на всей предыдущей и последующей судьбе, а в настоящий момент — жезл судьбы, который всюду следовал на продукте шведского автопрома в виде хуя в кружочке на капоте или что там на его логотипе?
Петрович резину не тянул. Обмыли тачку хоть и по–быстрому, но качественно, с блядями, с сауной, дальше не помню... как положено, в общем. На третий день обмытия перешли к делу. Петрович доложил обстановку. В далеком Жмургороде вонзался трубами в небеса завод "Красный кастрюльщик", который отжали, выжали и перепродали. Новые хозяева (что, сука, характерно — тоже из Москвы) передумали делать на заводе кегельбан с сауной, а замахнулись сразу на таможенный пост. Тут им понадобилась поддержка будущего губернатора, и Пуп Пупыч (смотри предыдущую главу) был их ставленник.
Политтехнологи из Москвы раз в неделю встречались с ныне действующим губером, обсуждали условия по будущему таможенному посту, нихуя ни о чем не договаривались, и на следующий день Пуп Пупыч обличал в местной жмургородской прессе старорежимного губернатора, который против всего нового и хорошего. Только Пуп Пупыч мог гарантировать губернии прогресс.
Через пару дней те же самые политтехнологи встречались с Петром Петровичем (главным жмургородским бандюком), который накануне задумался: "А хули осла ебать?" и вознамерился возглавить губернию не только де–факто, но и де–юре. Встречи заканчивались грандиозной попойкой без конкретных обещаний. Наутро отважный Пуп Пупыч указывал местной жмургородской прессе на разгул бандитизма, с которым может справиться опять же только он.
Доложив такую нихуя мне непонятную схему, Петрович умчался в Жмургород на стремительном "Вольво". Потом примчался обратно. Без объяснений. И опять умчался.
Так и мотался часть лета и чуток осени, пока не привез объяснения в виде натурального американского кэша. Плюс человека, который мог за кэш толково побазарить и обосновать.