#2-Ион. Правка

'#6. Тексты : texts';

'Library_ChapterController_actionUpdate_';

'#library_chapter_update_';

Прокрида и Кефал

Идентификатор ссылки (англ.)	artilleristy-dan-prikaz-24308
Статус:	Активен

Описание

Идентификатор ссылки (англ.)	prokrida-i-kefal-1606744167
Статус:	Активен

Описание

Ион. Правка

Активен

Экспресс-правка Разметка ред. Summernote ред. Quill ред. CKEditor ред. Trumbowyg ред. Imperavi ред. Jodit

Общая информация

Название

Том:: Европа

Черновик
: Глава №:
5

ID:
2418

Статус:
Активен
Время действия:: не указано

id (статус)	2418 (3)
Идентификатор ссылки (англ.)	ion-1606744166
Сайт	library.qwetru.ru
Смотреть на сайте	https://library.qwetru.ru/texts/europe/ion-1606744166/
Время последнего обновления	01-12-2020 в 00:09:20

Полное название и описание

Полное название

Описание главы

Как правило описание должно иметь около 150 знаков. Оно используется для заполнения мета-тега Description веб-страницы.
Сейчас используется - 0 символов

Описание скопировано!

Описание вставлено!

Ключевое слово (главное):

Персонажи:

Метки:

Комментарии:

Примечания:

Полный текст < > & " ' « » – — … • · ← → ↑ ↓ ↔

Юридические: © ® ™

Валюты: € £ ¥ ¢

Типографика: § ¶ ° ± × ÷

Дроби: ½ ⅓ ⅔ ¼ ¾ ⅛ ⅜ ⅝ ⅞

Греческие: α β γ δ ε λ μ π σ ω Δ Σ Ω

Математические: ≈ ≠ ≤ ≥ ∞ √ ∑ ∫ ∂ ∇

У Креузы, дочери знаменитого афинского царя Эрехтея, родился от Аполлона сын. Страшась отчего гнева,
 скрыла она
 малютку. В непроглядную ночь положила она его в грот Пана, на склоне северной афинской скалы: надеялась
 Креуза, что
 Аполлон не даст своему сыну погибнуть. Бережно завернув ребенка в свое покрывало, уложила она его в
 корзинку и с ним
 положила несколько драгоценных золотых вещей, по которым, думала она, со временем, может быть, ей
 удастся открыть
 сына. Аполлон не забыл о своем детище и молвил брату своему Гермесу: &quot;Поспеши, милый брат мой, и
 Афины к народу
 Афины Паллады, и перенеси из Панова грота в Дельфы новорожденного малютку и в Дельфах, в той же корзине,
 положи его
 у храмового входа. О дальнейшем я сам позабочусь: ребенок -- сын мой&quot;. Гермес в ту же ночь перенес
 малютку в
 Дельфы и там положил его на пороге Аполлонова храма, в который смертные приходили за предсказаниями, и,
 сняв с
 корзинки крышку, удалился. Рано утром, вступая в храм, провозвестница будущего Пифия увидела малютку и,
 подозревая,
 не лежит ли на нем какого-нибудь преступления, уже решилась отнести его подальше от священного порога,
 но вдруг Феб
 изменил ее помыслы: исполнилась Пифия сострадания, подняла малютку и решилась его воспитать. Играючи,
 вырос сын
 Аполлона у алтаря отца своего, и, когда достиг юношеских лет, дельфийцы вручили ему на хранение ключи от
 храма. В
 храме с этих пор и поселился юноша.
 Креуза же, мать его, вышла за Эолова сына Ксута, который, переселившись из Фессалии в Аттику, поддерживал
 Эрехтея в
 упорной борьбе его с эвбейцами, за что царь отдал ему руку своей дочери. Долго не было у них детей, и
 вот вздумали
 супруги отправиться в Дельфы к Аполлонову оракулу: &quot;Не услышит ли, -- думали они, -- бог нашей
 молитвы, не
 благословит ли он нас детьми?&quot; Сам Аполлон внушил им мысль эту.
 В тот день, когда Креуза появилась в Дельфах, рано утром вышел из дверей храма благочестивый юноша и
 приветствовал
 начинающийся день. &quot;Вот на пламенных конях своих поднимается над землею Гиперион [Гиперион -- одно
 из названий
 солнца]: улетают звезды от лучезарного лица его в область священной ночи. Необитаемые высоты Парнаса
 оснащаются
 светом пробуждающеюся дня, лучи восходящего солнца разливаются на племена людские. От согретой солнцем
 мирры
 благоухание восходит к горе Аполлона, где на священном престоле восседает дельфийская жрица и возвещает
 народу
 эллинов волю грозного Аполлона. Дивное служение совершаю я тебе, о Аполлон, в священном храме! Никогда
 не отступлю я
 от своего достохвального дела. Величаю тебя, о Феб, величаю тебя, воспитатель мой, отец мой -- Пеан!
 Пеан! [Пеаном
 Гомер называет врача олимпийских богов, к помощи которого прибегали Арей и Гадес, раненные в битве.
 Впоследствии
 этим именем стали называть Асклепия (Эскулапа, бога врачевания) и отца его Аполлона, бога, исцеляющего
 от всяких
 недугов, избавляющего от всевозможных бедствий. Пеаном также называлась песнь в честь Аполлона, и в этом
 смысле
 &quot;пеан&quot; употребляется в &quot;Илиаде&quot;] Радуйся, радуйся вечно, о отрасль Латоны!&quot;
 Таким гимном
 сопровождает юноша свое служение Аполлону. Он увешивает колонны храма венками и ветвями лавра, окропляет
 храмовый
 пол водою, обметает его лавровыми ветвями и отгоняет от храма птиц, чтоб не садились они на блистающие
 золотом зубцы
 кровли, чтоб не портили священных предметов, принесенных в дар Аполлону-богу. Еще не окончил юноша
 своего дела, как
 видит он: окруженная толпой прислужниц, прекрасная, величественная видом и уже немолодая жена
 приближается к храму. Поражен был юноша величественной наружностью незнакомки и, видя, что не с радостью
 -- как другие, -- а
 со слезами
 подходит она к Аполлонову храму, вышел ей навстречу, спросил о причине печали, спросил, откуда она и как
 ее имя. Креуза назвала себя, сказала, что она дочь славного Эрохтея и супруга Ксута, властвующего теперь
 над
 афинянами, что,
 бездетная, пришла она с мольбой к Фебу -- разрешить ее неплодие. Утаила Креуза прямую причину слез своих
 при виде
 Аполлонова храма; не сказала, как припомнилась ей давнишняя любовь Аполлона, как вспомнила она про сына,
 может быть,
 погибшего, растерзанного дикими зверями; но про горе свое рассказала, скрыв себя под чужим именем.
 &quot;Одну
 подругу мою, -- так начала Креуза, -- осчастливил некогда любовью своей Аполлон, но скоро покинул ее,
 вероломный. Ребенок был оставлен матерью тотчас же по рождении, и с тех пор нет о нем никакого слуха. Я
 хочу
 попросить оракула
 Аполлона об этой несчастной женщине. Теперь, о юноша, сын ее был бы уже в твоих летах: счастливица твоя
 мать, что
 вырастила такого прелестного сына!&quot; А юноша в ответ: &quot;У меня нет матери и отца я не знаю.
 Какими судьбами
 я здесь, мне неизвестно. Жрица храма воспитала меня как служителя Аполлонова, как его достояние&quot;.
 -- &quot;О
 как жаль мне тебя, друг мой, как судьба твоя сходна с моею: ты горюешь о том, что нет у тебя матери, моя
 же подруга
 горюет о сыне&quot;.
 Так говорила Креуза, но смолкла, увидев супруга своего. Ксут возвращался в это время от Трофониева
 оракула [Трофоний
 -- зодчий, построивший вместе с братом своим Агамедом Дельфийский храм. Трофоний по смерти был
 обоготворен, и оракул
 его, в так называемой Трофониевой пещере, славился во всей Греции как по верности своих ответов, так и
 по
 таинственности, которою был окружен. В пещеру сходили верующие по лестнице. Достигнув известной глубины,
 встречали
 они узкое отверстие, через которое с большим трудом можно было проникнуть, а между тем какая-то
 невидимая сила
 увлекала гадающего о будущем сквозь это узкое отверстие в самую глубь подземелья. Чтобы гадающий не
 коснулся
 нескромными руками машины, посредством которой совершалось это опускание в подземелье и поднятие (вниз
 головой), ему
 давали в руки огромные куски меду -- для укрощения жадных змей, как говорили жрецы. В пещеру входили
 ночью, после
 долгих приготовлений: омовений, поста, принятия известной пищи и тщательного испытания в вере. Несколько
 дней
 верующий проводил в соседнем с пещерой храме Счастья. Будущее возвещалось видениями, иногда, впрочем,
 божество
 удостоивало верующих и словесного ответа. Пребывание в пещере иногда продолжалось целые сутки. Тот же,
 кого жрецы
 заподозревали в нечестивости, совсем не возвращался. По возвращении верующий должен был рассказать обо
 всем, что
 видел и слышал. Впечатление было так сильно, что не сглаживалось всю жизнь; спускавшиеся в пещеру за
 ответом
 Трофония на всю жизнь оставались задумчивыми, отсюда и поговорка: &quot;Он ходил за ответом Трофония&quot;,
 относившаяся к ипохондрикам], что в беотийской Лейбадее, и принес от него благоприятный ответ.
 Бог Трофоний не хотел дать полного ответа прежде, чем даст его Аполлон: возвестил лишь, что Ксут и Креуза
 не
 возвратятся бездетными из Дельфийского храма. По наставлению юного Аполлонова служителя Ксут вошел во
 внутреннее
 святилище храма за ответом Пифии; Креуза же, увенчанная лавровым венком, идет к отдаленному алтарю
 Аполлона и молит
 его о благоприятном ответе. В то же время юный служитель Аполлона продолжает свое дело в притворе храма.
 Но вот
 отворяется дверь святилища, и Ксут возвращается из него; радостно обнимает он приближающегося к нему
 юношу, называет
 его своим сыном. Юноша, сочтя Ксута за помешанного, отталкивает его от себя, но старик не отходит.
 &quot;Сам бог
 даровал тебя мне в сыновья, он возвестил мне, что сына встречу я, выходя из святилища; повинуйся же
 богу, дитя мое,
 признай отца своего&quot;. А юноша в ответ: &quot;Не доверять богу неприлично, итак, приветствую тебя и
 обнимаю тебя
 как отца&quot;. И радостно заключили они друг друга в объятия. Не понимают отец и сын, как могло все это
 случиться:
 но можно ли не верить Аполлону-богу?
 Не желая, чтобы принятие в дом неожиданного для Креузы пасынка не внушило ей каких-нибудь подозрений и не
 огорчило
 ее, Ксут хочет сначала принять Иона [Ион -- значит идущий] -- так назвал он сына -- в дом свой, как
 чужеземца. Впоследствии же, в более благоприятное время, когда Креуза полюбит юношу, с ее согласия он
 хотел
 признать его сыном
 и наследником власти. Ксут удалился с Ионом из храма, чтобы через глашатая призвать дельфийцев на
 великий пир,
 который хотел он устроить в честь своего сына, или, как он говорил, гостя.
 А в это время Креуза вместе со старым слугой возвратилась от алтаря Аполлонова, ничего не зная о
 случившемся. Прислужницы Креузы, которые, ей на горе, слышали и видели, как Ксут усыновил Иона, открыли
 ей тайну,
 которую, до
 времени, не должна была знать Креуза и разглашать которую запретил им Ксут под страхом смерти. &quot;Муж
 твой, --
 говорили они, -- тебе на позор хочет принять в дом взрослого своего сына -- юного жреца Аполлонова.
 Здесь, наверное,
 кроется какой-нибудь злой обман: приемыш этот, наверное, сын Ксута, рожденный ему какою-нибудь
 наложницей. И вот
 безродный чужеземец наследует со временем трон Эрехтеев, а дочь Эрехтея, возлюбленная властительница
 наша,
 бездетная, презираемая, будет влачить жизнь изгнанницы в своем собственном доме&quot;. Невыносимой
 кажется такая
 будущность для прислужниц, еще невыносимее она для исполненной страха и гнева царицы. Под одной кровлей
 жить с этим
 пришельцем ей кажется невозможным. Оскорбленная, не помня себя от печали и гнева, Креуза одобряет даже
 план старого,
 преданного дому Эрехтея, служителя, который решается отравить юношу на пиру. В это время Ксута не было
 уже в
 Дельфах. Он удалился на двойную вершину Парнаса, посвященную Аполлону и Дионису, чтобы там принести
 богам жертву в
 благодарность за дарование сына; Ион же в его отсутствие должен был устроить в Дельфах великий пир. На
 красивых
 колоннах раскинул он великолепную палатку и украсил ее коврами и прекрасными тканями. Во множестве
 пришли
 дельфийские мужи на пир; длинной вереницей уселись они, увенчанные, за стол, уставленный богатыми
 золотыми и
 серебряными сосудами, и с наслаждением вкушали сладкие яства и пили приятные вина. Когда, после еды,
 следовало
 совершить возлияние богам, вошел в палатку старый слуга и всех гостей развеселил своим усердием и
 суетней. Поспешно
 подавал он гостям воду для омовения рук, зажигал курения и разносил золотые кубки. Когда раздались потом
 звуки
 флейты и когда чаши были наполнены вином, смешанным с водою, старый слуга поставил перед гостями большие
 кубки,
 чтобы гости скорее предались веселью. Молодому же своему господину поднес он самый красивый кубок,
 наполненный до
 краев. Когда Ион приготовился вместе с другими совершить богам возлияние, у одного раба случайно
 вырвалось
 богохульное слово. Ион, выросший в храме среди гадателей, увидел в этом недобрый знак, вылил вино на
 землю и
 предложил гостям последовать его примеру и наполнить кубки свежим вином. Гости в молчании последовали
 совету Иона. В
 это время прилетела целая стая священных голубей, которых держали неподалеку от Аполлонова храма. Голуби
 стали
 летать по обширной палатке.
 Томимые жаждой, слетелись они у пролитого вина и утолили жажду. Все голуби оставались невредимы, лишь
 одна голубка,
 та, что ближе всех подлетела к Иону, задрожала, закружилась, стала издавать странные, пронзительные
 звуки, как
 только испила вина, пролитого из Ионова кубка. Все изумились, видя мучения голубки. Недолго металась и
 дрожала
 бедняжка: скоро протянула она пурпурные свои ножки и испустила дыхание. Вскочил тогда Ион со своего
 места, разорвал
 на себе одежду и воскликнул: &quot;Какой смертный замышляет мне смерть? Говори, старик! Из твоих рук
 принял я кубок&quot;. Под пыткой сознался раб, что в вино примешал он яду и что Креуза знала об
 этом.
 Ион перед старейшинами дельфийскими обвинил Креузу в покушении на убийство. Судьи единогласно решили, что
 чужестранка, дочь Эрехтея, покушавшаяся на жизнь человека, посвященного богу, и осмелившаяся исполнить
 свое
 намерение близ святилища Аполлонова, должна быть побита каменьями. Все дельфийцы принялись искать
 преступницу. Креуза скрылась у одного алтаря перед Аполлоновым святилищем, и там Ион нашел ее. Уже готов
 был юноша
 поразить
 Креузу, как из храма показалась воспитательница его, Пифия, которую чтил Ион как мать, и остановила его.
 Жрице нужно
 было видеть Иона, чтобы вручить ему ту корзину, в которой найден он был когда-то у порога Дельфийского
 храма; эту
 мысль внушил ей бог Аполлон. &quot;До сей поры, -- говорила жрица, -- Аполлону было угодно, чтобы ты был
 служителем
 в его храме, а потому я держала корзину у себя. Теперь, когда Аполлон указал, кто твой отец, когда
 настало для тебя
 время покинуть храм и отправиться вместе с отцом в Афины, я должна возвратить тебе ее как средство найти
 мать&quot;. Полный светлых надежд, Ион взял убранную венками и лентами корзину из рук своей
 воспитательницы, но
 скоро овладели
 им грустные мысли; Пифия напомнила ему о матери, которая безжалостно покинула, не вскормила своей
 грудью; припомнил
 Ион и то, как рос он, безыменный ребенок, не видя материнских ласк. &quot;Не лучше ли, -- думал он, --
 забыть мне
 мать свою, чем искать встречи с нею? Но нет; ни одному смертному не избегнуть своей участи: не буду и я
 противиться
 богу, хотящему возвратить мне мать. Возьму же я лучше корзину и открою ее&quot;. Креуза, все это время
 не отходившая
 от алтаря, видела все, расслышала разговор и узнала корзину, в которую когда-то положила она своего
 милого ребенка. Быстро сходит Креуза со ступеней алтаря и бежит к своему сыну. &quot;Хватайте, вяжите
 ее, она бежать
 хочет!&quot; --
 воскликнул Ион, но Креуза уже заключила его в свои объятия. &quot;Что за чудо! она меня ловит!&quot; --
 &quot;Нет,
 ты не понял меня: я нашла любимого сына. Ты -- сын мой, сокровище мое!&quot; -- &quot;Лживая, неужели ты
 надеешься
 обмануть меня и избежать казни!&quot; -- &quot;Эта корзинка будет говорить за меня; спроси, я скажу
 тебе, что в ней. Разверни ткань; я сама ее вышивала: в середине на ней вышито изображение горгоны, еще
 не оконченное, --
 это был мой
 опыт. Вокруг горгоны вышиты змеи&quot;. Юноша нашел все это. &quot;Что еще в корзине?&quot; -- &quot;Два
 маленьких
 золотых дракона, старинный дар Афины Паллады, этот шейный убор для новорожденного малютки. Здесь же
 найдешь ты венок
 из ветвей оливы, растущей на скалистых высотах Паллады, на Афинском акрополе -- им я увенчала тебя. Если
 ветви еще
 целы, то зелень их свежа: они отложены от неувядающей оливы Афины Паллады&quot;. И в самом деле,
 непоблекший венок
 лежал на дне корзинки. &quot;О, дорогая моя, о, мать моя!&quot; -- воскликнул юноша и, вне себя от
 восторга,
 бросился в объятия счастливой матери.
 Так нашла мать своего сына, которого -- думала она -- давно нет на свете. Когда Ион пожелал видеть Ксута,
 отца
 своего, чтобы с ним разделить свою радость, Креуза открыла юноше, что отец его не Ксут, а Аполлон.
 &quot;Аполлон дал
 тебя, сына своего, другому отцу, супругу твоей матери, чтобы властвовать тебе над Афинами&quot;. Так
 прекрасный сын
 Аполлона, усыновленный Ксутом, прибыл и Афины и, как потомок Эрехтея, восстановил славный, уже угасавший
 царственный
 род Эрехтеидов. От внука Эрехтеева Иона получило имя далеко распространенное племя ионян.

Скопировано в буфер!

Вставлено из буфера!

Карточка текста Карточки текста

Тема

Персонажи

Изменить дату действия. 02/02/2026

Выбрать дату

Время: 14:00.

Идея текста

Сюжет

План действий

Заметки

Редакторские правки

Персонажи

Идея текста

Сюжет

План действий

Заметки

Дополнительные поля
Дополнительные поля отсутствуют

Ион. Правка

Редактировать комментарии, примечания, метки и персонажи

Дополнительные символы

Ион