#2-Правка текста главы

'#6. Тексты : texts';

'Library_ChapterController_actionUpdateHtml';

'#layouts_templates_updateHtml';

Правка кода HTML в тексте

Я и сам уже догадался, что на проводе моя добрая почтенная тетушка Далия, имеющая привычку говорить по телефону с таким легочным напором, словно она американский свинопас, скликающий своих подопечных к кормушке на просторах Дикого Запада. Она обрела громогласность еще в юности, когда часто ездила на псовую охоту. Представьте себе, что гончие то норовят попасть под копыта лошадей, то отвлекаются на погоню за кроликами, и вы поймете, что девушка на охоте быстро становится голосистой. Думаю, что когда тетя в голосе, ее слышно в соседних графствах.
 Я с радостью подошел к телефону. Мало с кем из друзей и близких мне так приятно общаться, как с этой добродушной сестрой моего покойного отца, и к тому же мы давно не виделись. Она почти безвыездно живет в своем имении в окрестностях Маркет-Снодсбери, графство Вустершир, а я, о чем говорят и записи, только что сделанные Дживсом в клубной книге, в последнее время не приезжал в те края за недосугом. Я поднял трубку, весело улыбаясь. От моей улыбки, конечно, не было проку, — тетка все равно не могла ее видеть, — но ведь важен настрой, в конце концов.
 — Привет, пожилая родственница.
 — Привет, юное недоразумение. Ты не пьян?
 Подозрение, что я могу быть под мухой в десять часов утра, естественно, уязвило мое самолюбие, но я в который раз сказал себе, что такой уж они народ, эти тетушки. Дайте мне тетушку, всегда говорю я, и я вам покажу пожилую даму, которую нимало не заботит, как глубоко ее obiter dicta<a href="#n_57" title="Мимолетные замечания (лат.).">[57]</a> могут оскорбить племянника. С подчеркнутой холодностью я успокоил ее относительно волновавшего ее вопроса и спросил, чем могу быть полезен.
 — Пообедаете у меня?
 — Я не в Лондоне. Я звоню из дома. Ты можешь, как ты выражаешься, быть полезен своим приездом ко мне. Сегодня, если у тебя получится.
 — До чего приятно это слышать, старая прародительница. Ваше приглашение меня очень обрадовало, — сказал я, всегда готовый воспользоваться ее гостеприимством и вновь переведаться с бесподобными съедобностями, которые стряпает ее замечательный французский повар Анатоль, благодетель пищеварительных трактов. Я всегда жалею, что у меня нет запасного желудка, чтобы поручить и его заботам Анатоля. — Сколько я буду у вас гостить?
 — Сколько пожелаешь, беспечный ты мой. Я дам тебе знать, когда пора будет выметаться. Главное — чтобы ты приехал.
 Конечно, я был, как и всякий бы на моем месте, тронут той настойчивостью, с которой она добивалась моего визита А то в кругу моих знакомых слишком многие, приглашая меня в гости, специально подчеркивают, что ждут меня только на выходные, и обязательно говорят, что самый удобный обратный поезд отходит в понедельник утром. Я улыбнулся еще шире.
 — Очень мило, что вы меня пригласили, ближайшая родственница.
 — Ну, разумеется, мило.
 — Предвкушаю радость свидания с вами.
 — Еще бы.
 — Каждая минута до нашей встречи будет казаться мне часом. Как дела у Анатоля?
 — Ты только о нем и думаешь, прожорливый поросенок.
 — Что делать? Вкусовые ощущения устойчивы. Как поживает его искусство?
 — Оно в расцвете.
 — Прекрасно.
 — Медяк говорит, что кухня Анатоля стала для него откровением.
 Я попросил ее повторить. Мне послышалось, будто она сказала: «Медяк говорит, что кухня Анатоля стала для него откровением», хотя я знал, что она не могла так сказать. Но оказывается, все-таки сказала.
 — Медяк? — переспросил я, не веря своим ушам.
 — Гарольд Уиншип. Он просил называть его Медяком. Он живет сейчас у меня. Говорит, что он твой приятель, в чем он, конечно, никогда не признался бы, если бы не существовали веские улики. Вы ведь знакомы? По его словам, вы вместе учились в Оксфорде.
 Я издал возглас радости, а она сказала, чтобы я не смел больше так орать, иначе она взыщет с меня компенсацию за свои лопнувшие барабанные перепонки. В общем, как говорит старинная пословица, горшок стал чайнику за копоть пенять: мои-то барабанные перепонки были на пределе с самого начала переговоров.
 — Знакомы? — повторил я. — Знакомы — не то слово. Мы были просто как… Дживс!
 — Да, сэр?
 — Как звали ту парочку?
 — Простите, сэр?
 — В Древней Греции, если не ошибаюсь. Ее часто поминают, когда заходит речь о закадычной дружбе.
 — Вы имеете в виду Дамона и Пифия, сэр?
 — Точно. Мы были просто как Дамон и Пифий, старая прародительница. Но что он делает в ваших пенатах? Я не знал, что вы с ним знакомы.
 — Мы и не были знакомы. Но его мать — моя старая школьная подруга.
 — Понимаю.
 — И когда я узнала, что он баллотируется в парламент на внеочередных выборах в Маркет-Снодсбери, я написала ему, что он может расположиться у меня. Это гораздо лучше, чем прозябать в гостинице.
 — В Маркет-Снодсбери идет избирательная кампания?
 — Вовсю.
 — И Медяк один из кандидатов?
 — Он выдвинут от консерваторов. Ты, кажется, удивлен.
 — Еще как. Можно даже сказать, потрясен. Я и не подозревал, что у него есть общественная жилка. Как его успехи?
 — Пока трудно сказать. В любом случае, ему необходима всесторонняя помощь, поэтому я хочу, чтобы ты приехал и поагитировал за него.
 Я в раздумье пожевал нижнюю губу. В такую минуту следует проявлять осмотрительность, а то еще мало ли что.
 — Что от меня потребуется? — осторожно поинтересовался я. — Мне не придется целовать младенцев?
 — Конечно, нет, тупица ты беспросветный.
 — Я слышал, что предвыборные кампании в основном состоят из целования младенцев.
 — Да, но целовать их должен бедняга кандидат. Ты будешь ходить по домам и агитировать жителей за Медяка, больше от тебя ничего не потребуется.
 — Тогда можете на меня положиться. С этой задачей я справлюсь. Старина Медяк! — сказал я, растрогавшись. — Встреча с ним согреет мне душу, ну, и все такое.
 — Душу и все такое ты сможешь согреть уже сегодня. Он на день приезжает в Лондон и хочет с тобой пообедать.
 — Ух ты! Прекрасно. В котором часу?
 — В полвторого.
 — Где?
 — В гриль-баре «Баррибо».
 — Я буду там. Дживс, — сказал я, повесив трубку. — Помните Медяка Уиншипа, который был для меня когда-то тем же, чем Дамон был для Пифия?
 — Да, сэр, конечно.
 — В Маркет-Снодсбери идет избирательная кампания, и он кандидат от консерваторов.
 — Так я и понял из слов вашей тети, сэр.
 — Вы что, слышали, что она говорила?
 — Почти беспрепятственно, сэр. У мадам довольно пронзительный голос.
 — Это уж точно, пронзает, — сказал я, потирая ухо. — Не легкие, а прямо кузнечные мехи.
 — Исключительная сила звука, сэр.
 — Неужели тетя пела мне колыбельные, когда я был крошкой? Наверное, нет, иначе я с перепугу решил бы, что взорвался отопительный котел, и вырос заикой. Но все это несущественно, главное — что мы сегодня отбываем к ее шалашу. Я пообедаю с Медяком. В мое отсутствие упакуйте, пожалуйста, всякие там носки-галстуки.
 — Слушаюсь, сэр, — ответил он, и мы больше не возвращались к разговору о клубной книге.

Краткое название: Глава 2

Полное название Глава 2

Активен Редактировать название и описание

Название

Стандартный редактор Смотреть

Полное название и описание

Полное название (Заголовок)

Описание

Как правило описание должно иметь около 150 знаков. Оно используется для заполнения мета-тега Description веб-страницы.
Сейчас используется - 0 символов

Описание скопировано!

Описание вставлено!