#2-Правка текста главы

'#6. Тексты : texts';

'Library_ChapterController_actionUpdateHtml';

'#layouts_templates_updateHtml';

Правка кода HTML в тексте

Я был слегка встревожен. Ну, не то чтобы встревожен, скорее озабочен. Сижу себе дома в своей замечательной квартире, лениво перебираю струны банджо, которое я в последнее время буквально не выпускал из рук, и про мой лоб нельзя сказать, что он нахмурен, однако ж и утверждать с уверенностью, что он младенчески ясен, никто бы, я думаю, не решился. Пожалуй, точнее всего это выражение можно определить как печать задумчивости. Я размышлял о том, что попал в положение, чреватое неприятностями.

&ndash; Дживс, &ndash; говорю я, &ndash; знаете что?

&ndash; Нет, сэр.

&ndash; Знаете, кого я видел вчера вечером?

&ndash; Нет, сэр.

&ndash; Дж. Уошберна Стоукера и его дочь Полину.

&ndash; В самом деле, сэр?

&ndash; Должно быть, они в Англии.

&ndash; Такое заключение напрашивается, сэр.

&ndash; Некстати, правда?

&ndash; Могу себе представить, сэр, как вам было тяжело встретиться с мисс Стоукер после того, что произошло в Нью-Йорке. Однако, мне думается, вероятность подобной случайности чрезвычайно мала.

Я взвесил его слова.

&ndash; Дживс, когда вы начинаете рассуждать о вероятности случайностей, у меня в мозгу происходит короткое замыкание, и я перестаю что-либо соображать. Вы хотите сказать, что мне следует держаться от нее как можно дальше?

&ndash; Да, сэр.

&ndash; Избегать ее?

&ndash; Именно, сэр.

Я с чувством сыграл несколько тактов &laquo;Миссисипи&raquo;. После того как Дживс высказал свое мнение, на душе немного полегчало. Ход его рассуждений был ясен: Лондон велик. Не встретиться с людьми, которых не хочешь видеть, здесь проще простого.

&ndash; И все равно, Дживс, я как будто обухом по голове получил.

&ndash; Могу себе представить, сэр.

&ndash; Мало того, с ними был сэр Родерик Глоссоп.

&ndash; Неужели, сэр?

&ndash; В том-то и дело, Дживс. А видел я их в ресторане отеля &laquo;Савой&raquo;. Они ужинали за столиком у окна. И вот какая странная вещь: с ними ужинала тетка лорда Чаффнела, леди Миртл. Она-то как оказалась в этой компании?

&ndash; Возможно, сэр, ее светлость знакома или с мистером Стоукером и с мисс Стоукер, или с сэром Родериком.

&ndash; А, ну да, может быть. Тогда все понятно. Но в тот миг я удивился, Дживс, признаюсь вам честно.

&ndash; Вы разговаривали с ними, сэр?

&ndash; Кто, я? Господь с вами, Дживс. Я пулей вылетел из зала. Мало мне Полины Стоукер с ее папашей, так тут еще этот мерзкий Глоссоп, неужели вы могли вообразить, что я сознательно, по своей доброй воле вступлю с ним в разговор?

&ndash; Ваша правда, сэр, он никогда не был особенно приятен в общении.

&ndash; Если и есть на свете человек, с кем я постараюсь до конца жизни не вступать в беседу, так это как раз этот чертов Глоссоп.

&ndash; Забыл доложить вам, сэр, сэр Родерик приходил сегодня утром с визитом.

&ndash; Что?!

&ndash; Да, сэр.

&ndash; Приходил ко мне с визитом?

&ndash; Да, сэр.

&ndash; После того, что произошло между нами?!

&ndash; Да, сэр.

&ndash; Ну, знаете!

&ndash; Да, сэр. Я уведомил его, что вы еще спите, и он сказал, что придет позже.

Я рассмеялся. Весьма саркастически, это я умею.

&ndash; Ах вот как, позже? Ну что ж, если он и в самом деле придет, натравите на него собаку.

&ndash; У нас нет собаки, сэр.

&ndash; Тогда спуститесь на второй этаж и попросите миссис Тинклер-Мульке одолжить ее шпица. Наносит светские визиты после того скандала в Нью-Йорке! В жизни не слышал о подобной наглости! Дживс, вы слышали когда-нибудь о подобной наглости?

&ndash; Не скрою, сэр, в сложившихся обстоятельствах его появление меня весьма удивило.

&ndash; Еще бы не удивиться. Это просто черт знает что! Немыслимо! Невероятно! Надо же быть таким толстокожим, настоящий бегемот.

Сейчас я посвящу вас во все перипетии разыгравшихся недавно событий, и, я уверен, вы согласитесь, что мой гнев вполне оправдан. Итак, следуйте за мной.

Месяца три назад, заметив, что моя тетка Агата слишком уж разгорячилась, я счел за благо махнуть ненадолго в Нью-Йорк и переждать там, пока она успокоится. И буквально через несколько дней на вечеринке в &laquo;Шерри-Незерленд&raquo; я познакомился с Полиной Стоукер.

Я влюбился в нее с первого взгляда. Ее красота свела меня с ума, я был как пьяный.

Помню, вернувшись домой, я спросил у Дживса:

&ndash; Дживс, кто был тот парень, который глядел на что-то такое и сравнивал себя с другим парнем, который тоже на что-то глядел? Я учил это стихотворение в школе, но сейчас забыл.

&ndash; Думаю, сэр, индивидуум, которого вы имеете в виду, это поэт Китс, он, прочтя Гомера в переводе Чапмена, сравнил свои чувства с радостным волнением отважного Кортеса,<a href="#n_3" id="anotelink3" name="anotelink3" title="
 …с радостным волнением отважного Кортеса… – Дживс говорит о сонете английского поэта Джона Китса (1795–1821) «На прочтение Гомера в переводе Чапмена» (1816).
 ">[3]</a> который орлиным взором глядел на безбрежные просторы Тихого океана.

&ndash; Тихого &ndash; вы уверены?

&ndash; Да, сэр. А его матросы молча стояли на высоком берегу Дарьена и переглядывались в немом изумлении.

&ndash; Ну да, конечно. Теперь вспомнил. Так вот, именно такое волнение я испытал сегодня, когда меня представили мисс Полине Стоукер. Дживс, отгладьте брюки с особой тщательностью. Я нынче с ней ужинаю.

В Нью-Йорке, я всегда замечал, сердечные дела развиваются со скоростью урагана. Наверное, есть что-то такое в тамошнем воздухе. Через две недели я сделал Полине предложение, и она сказала &laquo;да&raquo;. Казалось бы, все прекрасно, я на седьмом небе. Как вы думаете, сколько продолжалось мое счастье? Ровно два дня. Злодейская рука сунула под трансмиссию гаечный ключ, и двигатель заглох.

Злодей, который подкрался со своим гаечным ключом, был не кто иной, как сэр Родерик Глоссоп.

Вы, вероятно, помните, что в моих воспоминаниях довольно часто мелькает имя этого гнусного шарлатана. Башка у него лысая как коленка, густые развесистые брови, выдает себя за маститого специалиста по нервным расстройствам, а на самом деле просто заштатный докторишко из желтого дома, хоть и дорогой; эта болотная чума уже много лет встает у меня на пути, и ни одна наша встреча добром не кончилась.

Вот и сейчас тоже: когда в газетах появились сообщения о моей помолвке, он как раз оказался в Нью-Йорке.

Спрашиваете, зачем он туда приехал? А он регулярно навещал троюродного братца Дж. Уошберна Стоукера, который был его пациентом. Братец Джордж всю свою жизнь только и делал, что отнимал кусок хлеба у вдов и сирот и под старость слегка притомился. Говорить стал темно и бессвязно, ходил же предпочтительно на руках. Сэр Родерик пользовал его уже несколько лет, для чего время от времени срывался в Нью-Йорк и производил инспекцию. На сей раз он прибыл как раз вовремя, чтобы за утренним кофе и яйцом всмятку прочесть о том, что Бертрам Вустер и Полина Стоукер планируют прошествовать к алтарю под &laquo;Свадебный марш&raquo; Мендельсона. И, как я понимаю, прямо с набитым ртом кинулся к телефону названивать невестиному родителю.

Какие именно слова он говорил Дж. Уошберну, я, конечно, не знаю, но, думаю, сообщил о том, что я некогда был помолвлен с его дочерью Гонорией, а он эту помолвку разорвал, убедившись, что я безнадежный идиот; пересказал, без сомнения, эпизод с кошками и рыбиной в моей спальне, а также эпизод с украденной шляпой, не забыл о моем пристрастии лазать по водосточным трубам, ну и, надо полагать, дело довершила проткнутая шилом грелка &ndash; эта злосчастная история произошла много лет назад, когда он гостил в поместье леди Уикем, а ее дочь Бобби подбила меня на эту авантюру.

Сэр Родерик &ndash; близкий друг Дж. Уошберна, к тому же Дж. Уошберн верит ему как Господу Богу, и потому этот шарлатан без труда убедил папашу, что я не тот идеальный зять, о котором он мечтал. Словом, мое счастье не продлилось и двух дней, меня известили, чтобы я не трудился заказывать полосатые брюки и покупать гардению в петлицу, потому что моя кандидатура отвергнута.

И вот теперь у этого негодяя хватило наглости явиться с визитом в дом Вустера. Как это понимать, я вас спрашиваю?

Ладно же, он у меня узнает, что такое ледяной прием.

Сижу себе, играю на банджо, и вскоре он является. Тем, кто хорошо знает Бертрама Вустера, известно, что он способен вдруг пламенно увлечься чем-то, и уж если увлекся &ndash; все, остальной мир для него не существует, он настойчиво добивается своей цели, безжалостный, как автомат. Так случилось и с банджо. После того ужина в &laquo;Альгамбре&raquo;, когда несравненный Бен Блум и его &laquo;Шестнадцать балтиморских виртуозов&raquo; открыли передо мной прекрасный новый мир и я решил научиться играть на банджо, я прилежно занимаюсь по два часа в день. И сейчас я тоже извлекал из струн вдохновенные звуки, но дверь отворилась, и Дживс впустил в гостиную этого мерзкого шарлатана-психоаналитика, о котором я вам только что рассказывал.

С тех пор как Дживс уведомил меня о желании этого субъекта побеседовать со мной, я успел все обдумать и решил, что он раскаялся в своих поступках и считает долгом принести мне извинения. Поэтому когда Бертрам Вустер поднялся, чтобы приветствовать гостя, он был уже в своей смягчившейся ипостаси.

&ndash; А, сэр Родерик, &ndash; сказал я. &ndash; Доброе утро.

Более любезный тон трудно себе и вообразить. Поэтому представьте мое изумление, когда в ответ он лишь хрюкнул, притом хрюкнул довольно злобно, тут никто бы не усомнился. Я понял, что поставил неправильный диагноз. Можно сказать, пальцем в небо попал. Это он-то раскаивается, это он желает принести мне извинения? Ха! Интриган глядел на меня с такой гадливостью, будто я &ndash; какой-то там возбудитель инфекционного слабоумия.

Ладно, если он пришел ко мне с таким настроением, именно так, черт побери, мы его и встретим. Моя доброжелательность испарилась. Я принял строгое выражение и высокомерно выгнул бровь. И только что хотел окатить его ледяным &laquo;Чему обязан честью&hellip;&raquo; и так далее, но он опередил меня.

&ndash; Вам место в психиатрической клинике!

&ndash; Прошу прощения?

&ndash; Вы представляете собой угрозу для общества. Посредством какого-то кошмарного музыкального инструмента вы, как выяснилось, превратили жизнь всех ваших соседей в форменный ад. А-а, вижу, вы и сейчас держите этот инструмент в руках. Как вы смеете производить подобные звуки в столь респектабельном доме? Настоящий кошачий концерт!

Я &ndash; ледяное спокойствие и гордое чувство собственного достоинства.

&ndash; Вы, кажется, сказали &laquo;кошачий концерт&raquo;?

&ndash; Сказал.

&ndash; Вот как? Так вот, позвольте&hellip; должен довести до вашего сознания, что человек, у которого нет музыки в душе&hellip; &ndash; Я подошел к двери и крикнул в коридор: &mdash;Дживс, что Шекспир сказал о человеке, у которого нет музыки в душе?

&ndash; &laquo;Тот, у кого нет музыки в душе,<a href="#n_4" id="anotelink4" name="anotelink4" title="
 «Тот, у кого нет музыки в душе…» – У. Шекспир «Венецианский купец» (акт V, сц. 1), перевод Т. Щепкиной-Куперник.
 ">[4]</a> кого не тронут сладкие созвучья, способен на грабеж, измену, хитрость&raquo;, сэр.

&ndash; Благодарю вас, Дживс. Способен на грабеж, измену, хитрость, &ndash; повторил я, возвращаясь.

Он сделал несколько шажков, как бы пританцовывая.

&ndash; Известно ли вам, что дама, живущая в квартире под вами, миссис Тинклер-Мульке, &ndash; одна из моих пациенток? У миссис Тинклер-Мульке чрезвычайно расстроены нервы. Мне пришлось прописать ей успокаивающее.

Я поднял руку.

&ndash; Прошу избавить меня от хроники жизни в дурдоме, &ndash; небрежно бросил я. &ndash; И позвольте поинтересоваться со своей стороны, известно ли вам, что миссис Тинклер-Мульке держит шпица?

&ndash; Вы бредите.

&ndash; Отнюдь нет. Это животное лает целыми днями, а иногда и чуть не всю ночь. И при этом у миссис Тинклер-Мульке хватает наглости жаловаться на мое банджо? Ну, знаете ли! Пусть сначала вынет шпица из собственного глаза, &ndash; изрек я библейски.

Здорово я его уел.

&ndash; Я пришел говорить не о собаках. Вы должны дать обещание, что немедленно прекратите терзать эту несчастную женщину.

Я покачал головой:

&ndash; Жаль, что она не понимает музыки, но искусство превыше всего.

&ndash; Это ваше последнее слово?

&ndash; Последнее.

&ndash; Прекрасно. Вы еще обо мне услышите.

&ndash; А миссис Тинклер-Мульке будет слушать вот это, &ndash; сказал я, подняв над головой банджо.

Потом нажал кнопку звонка.

&ndash; Дживс, проводите сэра Р. Глоссопа!

Признаюсь, я был очень доволен, что сумел даже ему дать отпор в этом столкновении воль. А ведь было время, и вы, наверно, его помните, когда неожиданное появление в моей гостиной старикашки Глоссопа обращало меня в трусливого зайца. Однако я с тех пор закалился в горниле жизни, и его вид уже не наполняет меня неизреченным ужасом. С чувством глубокого удовлетворения я исполнил &laquo;Кукольную свадьбу&raquo;, &laquo;Поющих под дождем&raquo;, &laquo;Заветные три слова&raquo;, &laquo;Спокойной ночи, любимая&raquo;, &laquo;Люблю тебя&raquo;, &laquo;Весна, цветущая весна&raquo;, &laquo;Чья ты, крошка?&raquo; и &laquo;Куплю себе авто с клаксоном, гудеть он будет ту-ту-туу&hellip;&raquo;, исполнил в поименованном порядке, но последнюю песню допеть не успел: телефон зазвонил.

Я снял трубку и стал слушать. И чем дольше я слушал, тем упорней каменела решимость на моем лице.

&ndash; Очень хорошо, мистер Манглхоффер, &ndash; холодно отчеканил я. &ndash; Можете сообщить миссис Тинклер-Мульке и ее приспешникам, что я выбираю второе &laquo;или&raquo; вашей альтернативы.

И тронул кнопку звонка.

&ndash; Дживс, &ndash; сказал я, &ndash; у нас неприятности.

&ndash; В самом деле, сэр?

&ndash; На Беркли-Мэншнс, в респектабельном аристократическом сердце Лондона, назревает отвратительный скандал. Не вижу у живущих здесь людей желания идти на взаимные уступки, и уж вовсе отсутствует дух добрососедства. Я только что говорил по телефону с управляющим нашего дома, он предъявил мне ультиматум. Сказал, или я прекращаю игру на банджо, или должен съехать.

&ndash; Неужели, сэр?

&ndash; Оказывается, на меня подали жалобы достопочтенная миссис Тинклер-Мульке из шестой квартиры, подполковник Дж. Дж. Бастард, кавалер ордена &laquo;За безупречную службу&raquo;, из пятой квартиры, а также сэр Эдвард и леди Бленнерхассет из седьмой квартиры. Ну и пусть жалуются, мне наплевать. Наконец-то мы избавимся от всех этих Тинклер-Мульке, Бастардов и Бленнерхассетов. Расстанусь с ними без сожалений.

&ndash; Вы планируете съехать, сэр?

Я вскинул брови.

&ndash; Дживс, неужели вы могли предположить, что я способен принять иное решение?

&ndash; Боюсь, сэр, что с той же враждебностью вы встретитесь всюду.

&ndash; Там, куда я поеду, ее не будет. Я хочу забраться в самую глушь. В мирном сельском уединении я найду себе коттедж и снова предамся занятиям музыкой.

&ndash; Как вы сказали, сэр, &ndash; коттедж?

&ndash; Да, Дживс, коттедж. Желательно увитый жимолостью.

И тут случилось такое, после чего меня можно было сшибить с ног легким щелчком пальцев. Наступило непродолжительное молчание, потом Дживс, этот василиск, которого я столько лет лелеял, если можно так выразиться, у себя на груди, слегка кашлянул и произнес совершенно немыслимые слова:

&ndash; В таком случае, сэр, боюсь, я вынужден заявить об уходе.

Наступило тягостное молчание. Я в изумлении глядел на него.

&ndash; Дживс, &ndash; наконец произнес я, и если вы скажете, что вид у меня был ошарашенный, вы ничуть не ошибетесь. &ndash; Дживс, я не ослышался?

&ndash; Нет, сэр.

&ndash; Вы в самом деле хотите покинуть меня?

&ndash; С величайшим сожалением, сэр. Но если вы намерены играть на этом инструменте в тесном пространстве деревенского домика&hellip;

Я расправил плечи и вскинул голову:

&ndash; Вы произнесли слова &laquo;на этом инструменте&raquo;, Дживс. И произнесли их враждебным брезгливым тоном. Должен ли я сделать вывод, что вам не нравится банджо?

&ndash; Не нравится, сэр.

&ndash; Но ведь до сих пор вы его терпели.

&ndash; С великими муками, сэр.

&ndash; Так знайте же, что люди более достойные, чем вы, терпели неудобства, в сравнении с которыми банджо просто цветочки. Известно ли вам, что один болгарин, такой Элия Господинофф, играл однажды на волынке двадцать четыре часа без передышки? Об этом рассказывает Рипли в разделе &laquo;Хотите верьте, хотите нет&raquo;.

&ndash; Вот как, сэр?

&ndash; И вы наверняка думаете, что камердинер Господиноффа устроил своему хозяину по этому поводу обструкцию? Со смеху лопнуть можно. Они там, в Болгарии, сделаны из другого теста. Уверен, он с начала и до конца поддерживал своего хозяина, пожелавшего поставить рекорд среди стран Центральной Европы, и, уж конечно, постоянно приносил ему мороженое и разные вкусности для подкрепления сил. Берите пример с болгар, Дживс.

&ndash; Нет, сэр, увольте меня, прошу вас.

&ndash; Какого черта, Дживс, вы и так объявили, что увольняетесь.

&ndash; Правильнее было бы сказать: я не могу отступиться от своего намерения.

&ndash; Хм.

Я задумался.

&ndash; Вы это серьезно, Дживс?

&ndash; Да, сэр.

&ndash; Вы все тщательно обдумали, взвесили все &laquo;за&raquo; и &laquo;против&raquo;, сопоставили то-се, пятое-десятое?

&ndash; Да, сэр.

&ndash; Ваше решение окончательное?

&ndash; Да, сэр. Если вы действительно намерены продолжать игру на этом инструменте, у меня нет выбора: я должен оставить свое место у вас.

Горячая кровь Бустеров вскипела. Обстоятельства так складывались в последние годы, что этот ничтожный субъект стал эдаким домашним Муссолини; но ладно, отметем это в сторону и встанем на твердую почву фактов: кто он, в сущности, такой, этот Дживс? Слуга. Лакей, которому платят жалованье. А человек не может раболепствовать &ndash; или раболепничать? &ndash; перед своим слугой до скончания века. Наступает миг, когда он должен вспомнить, как доблестно сражались его предки в битве при Креси,<a href="#n_5" id="anotelink5" name="anotelink5" title="
 …в битве при Креси… – Креси – населенный пункт в северо-восточной Франции, возле которого во время Столетней войны английские войска под командованием короля Эдуарда III Плантагенета разбили в 1346 г. французскую армию короля Филиппа VI.
 ">[5]</a> и твердо настоять на своем. Именно такой миг наступил сейчас.

&ndash; Ну и уходите, черт побери.

&ndash; Благодарю вас, сэр.

Краткое название: Дживс уведомляет об уходе

Полное название Дживс уведомляет об уходе

Активен Редактировать название и описание

Название

Стандартный редактор Смотреть

Полное название и описание

Полное название (Заголовок)

Описание

Как правило описание должно иметь около 150 знаков. Оно используется для заполнения мета-тега Description веб-страницы.
Сейчас используется - 0 символов

Описание скопировано!

Описание вставлено!