Я "закончил" учебку по ремонту самоходных артиллерийских установок.

Установки в гвардейском полку, в который прибыл, наличествовали. Но тут момент: полк оказался кадрированным.

Отслуживший сразу поймет, что служба моя оказалась сладкий пряник и пионерский лагерь в одном флаконе. Гражданским штафиркам объясняю. Это такая военная доктрина у СССР была: нахуя городить танковые заводы, если на следующий день после начала войны их расхуярят стратегические бонбардировщики злых пендосов, против которых нет методов, как сейчас нет методов против Хаймарсов? Гораздо проще за полсотни лет до войны клепать танчики и аккуратно расставлять вдоль границ в чистом поле. К танчикам приклепать бэтры, пушки и прочую ебалду. Пусть тоже стоят в чистом поле. Заебутся хуярить из бомберов!

Чтоб весь этот металлолом не распиздили проходящие мимо колхозники, МО СССР выделяло пучок бойцов для охраны. Пучок бойцов назывался кадрированый полк. Мой полк оказался таким, кадрированным, и пучок состоял из сотни призывных рыл и полутора сотен офицерских (в народе – шакальих). Бойцов хватало аккурат на караульную службу согласно устава и дневальными по всякой разной хуете. Шакалы пребывали в неге. Если кто не в курсе, шакалы – это офицеры и прапорщики, дожидавшиеся часа икс, когда наступит война и в полк доставят мобилизованных. Мобиков переоденут в военную форму и отправят на фронт, где шакалы будут ими командовать, то есть превратятся в натуральных командиров!

За тем, как ржавели 9 самоходок моего полка, наблюдали пять шакалов и три бойца, один из которых дембель, которого я должен был заменить. И второй момент: из трех чурок, привезенных бухим капитаном, две (я и Талгат) оказались самоходчиками, а третья – связистом согласно записи в военном билете. Роты связи в полку не было по штату. Связиста тут же перевели в командиры танка, какая разница в какой ебалде чурка кнопки нажимает? Меня отправили в службу РАВ, то есть службу ракетно-артиллерийского вооружения, если кто не знает. Талгат, братуха из Волгограда, пошел служить натуральным самоходчиком, потому что закончил учебку, где готовили натуральных командиров самоходок.

Ну, как служить самоходчиком? Дембель, упомянутый выше, числился командиром самоходки на бумаге, по факту служил свинарем на полковом свинарнике. Талгат его заменил, отправился к свиньям. С тех пор братуху не видел.

Что могу сказать? Свезло. Свинарником оказалась бывшая немецкая свиноферма. Талгат тусовался в коттедже хозяев фермы, свиньи шарахались по остальной территории. Издалека были похожи на гончих собак, только нос пятачком сдавал их.

Отвлекся. Дележ чурок закончился, началось ожидание славян. Славянами оказались – молдаванин, русский из Казахстана и белорус. И это все. Для нашего полка других славянских призывников во всем Советском Союзе не наскребли.

Первое время я реально не понимал, что там пиздит Джош на своем "осси инглиш". В целом направления Джошевской мысли были понятны. Хули не понять? Я ж с России. Направлений было два - оба наших, посконных:
— Заебись! Бухнем!
— Пиздец! Я спать!

... эээ... тут вот какая закавыка... вы хоть раз в жизни разговаривали с пьяным австралийцем? Я регулярно встревал в такие разговоры, и так же регулярно нихуя не понимал. Первый месяц общения с Джошем прошел впустую.
Потом закончились языковые курсы, но желание пошароебиться вдоль и поперек "Кэпитал Оф Грейт Бритн" не исчезло. Как нормальный пацан как-то вечером дождался Джоша с бутылкой лучшего в мире виски ("Баллантайнс", кино "Ва–Банк–2") и попытался прокоррумпировать бухлом топ–менеджера из Сити.
А хули. Получилось!
Мы нажрались с Джошем в сопли. Правда, не с "Баллантайнса". Тот пошел заместо аперитива, для разгончику. После вискарика мы переместились поближе к "Болейн Граунд" и там с какими–то паками посрались за какую–то хуйню. Ах, да. Наебнув "Баллика", нас пробило на жор и мы поехали в Вест–Хэм шаурмы захомячить, а дальше, как получится. Получилось — лучше некуда.
Джош с папуасами не поделил, кто самый лучший крикетир в мире, я пошел паровозом. Заступился за честь собутыльника. В общем, совет: будете меситься с паками на Шеппердс Буш за неведомую хуйню, помните, что чурки напротив вас - нихуя не чурки, а такие же пакистанские мажорики, как чурекские мажорики в Москве, которые на геликах ментов гоняют. Запомнили? Отлично! Я таким чурекам завсегда рад в ебало сунуть!
В общем, как только просвистел над толпой рассерженных паков боевой пакистанский клич, из толпы сдристнула половина, а вторая — коренные–посконные британские простофили пакистанских кровей — обступила нас как бы с опаской. Ну а че? У нас с Джошем за спиной стена. Нам терять нечего! Тут только следить, как бы в табло не прилетело, и работать корпусом. Кстати, очень ценный урок от службы в СА: если тебя пиздят десять дедушек — работай корпусом (подставляй под удар плечи с предплечиями и не подставляй печень!), прижимайся к стене и ни в коем случае не падай. Ценный армейский навык не пригодился.
Примчался хозяин бара, тоже пак, и выгнал всех нахуй (в армии прапор прибегал... или не прибегал... тут надо чуйку иметь и не попадаться на глаза дедушкам в тех местах, куда прапор не добежит, да...)
Джош потом сам признал, что был не прав. Пьяными приперлись в шалманчик, где нет выпивки, а муслимчики культурно смотрят крикет. Надо было ехать в нормальный православный паб, где от души бухают, смотрят футбол и стучат по ебалу сразу, без вопросов и всяких там предварительных боевых кличей типа "аллах акбар!". Но разве там накормят? И разве это спорт? А вот в шалманчике — всегда волшебный кебаб и за крикет, в отличие от футбола, можно культурно попиздеть с болельщиками соперничающей команды! Но сегодня как–то с пиздежом не срослось. Да и хуй с ним!
После заварушки с паками Джош признал во мне правильного пацана. Мы поймали мотор и переместились в Камден.

Читатель. Знай! Без понятия, как там сейчас, но худшее место, чтоб побухать западнее Москвы в конце 90–х — это Лондон. Везде, во всех городах и деревнях к западу, бухается легко и приятно. Во всех, кроме Лондона. Там надо знать места. Джош пару местечек имел на примете. В час ночи, когда все — то есть абсолютно все ночные клубы Камдена — закрылись, мы поехали домой, в Паддингтон. Джош в дороге бледнел, исходил судорогами и боролся с последствиями алкогольной интоксикации. Я переживал катарсис.
Блядь! Да чтоб в 1997–м году в Москве в час ночи некуда было поехать? Да Москва в это время только просыпалась! Мне в два часа ночи телки начинали слать эсэмэски: "Куда пойдем?"... а, нет, пизжу... не было в 97–м году никаких эсэмэсок. Были злые дискачи типа "Джампа", "Редзон" и легендарной только–только народившейся "Голодной утки". Телки на все согласные без всяких эсэмэсок в два часа ночи тоже были.
Это Москва, а не какой–то "Кэпитал оф Грейт Бритн". Эсэмэски с предложением поебаться после жарких танцев стали приходить позже, когда знакомый пацанчик с Мамадыша замутил "МакКой".

Однозначно: Москва - лучший город на планете Земля!