Я "закончил" учебку по ремонту самоходных артиллерийских установок.

Установки в гвардейском полку, в который прибыл, наличествовали. Но тут момент: полк оказался кадрированным.

Отслуживший сразу поймет, что служба моя оказалась сладкий пряник и пионерский лагерь в одном флаконе. Гражданским штафиркам объясняю. Это такая военная доктрина у СССР была: нахуя городить танковые заводы, если на следующий день после начала войны их расхуярят стратегические бонбардировщики злых пендосов, против которых нет методов, как сейчас нет методов против Хаймарсов? Гораздо проще за полсотни лет до войны клепать танчики и аккуратно расставлять вдоль границ в чистом поле. К танчикам приклепать бэтры, пушки и прочую ебалду. Пусть тоже стоят в чистом поле. Заебутся хуярить из бомберов!

Чтоб весь этот металлолом не распиздили проходящие мимо колхозники, МО СССР выделяло пучок бойцов для охраны. Пучок бойцов назывался кадрированый полк. Мой полк оказался таким, кадрированным, и пучок состоял из сотни призывных рыл и полутора сотен офицерских (в народе – шакальих). Бойцов хватало аккурат на караульную службу согласно устава и дневальными по всякой разной хуете. Шакалы пребывали в неге. Если кто не в курсе, шакалы – это офицеры и прапорщики, дожидавшиеся часа икс, когда наступит война и в полк доставят мобилизованных. Мобиков переоденут в военную форму и отправят на фронт, где шакалы будут ими командовать, то есть превратятся в натуральных командиров!

За тем, как ржавели 9 самоходок моего полка, наблюдали пять шакалов и три бойца, один из которых дембель, которого я должен был заменить. И второй момент: из трех чурок, привезенных бухим капитаном, две (я и Талгат) оказались самоходчиками, а третья – связистом согласно записи в военном билете. Роты связи в полку не было по штату. Связиста тут же перевели в командиры танка, какая разница в какой ебалде чурка кнопки нажимает? Меня отправили в службу РАВ, то есть службу ракетно-артиллерийского вооружения, если кто не знает. Талгат, братуха из Волгограда, пошел служить натуральным самоходчиком, потому что закончил учебку, где готовили натуральных командиров самоходок.

Ну, как служить самоходчиком? Дембель, упомянутый выше, числился командиром самоходки на бумаге, по факту служил свинарем на полковом свинарнике. Талгат его заменил, отправился к свиньям. С тех пор братуху не видел.

Что могу сказать? Свезло. Свинарником оказалась бывшая немецкая свиноферма. Талгат тусовался в коттедже хозяев фермы, свиньи шарахались по остальной территории. Издалека были похожи на гончих собак, только нос пятачком сдавал их.

Отвлекся. Дележ чурок закончился, началось ожидание славян. Славянами оказались – молдаванин, русский из Казахстана и белорус. И это все. Для нашего полка других славянских призывников во всем Советском Союзе не наскребли.

У Сизифа был внук, великий Беллерофонт, сын Главка, а по другому преданию Посейдона-бога. Убив нечаянно одного коринфского гражданина, Беллерофонт должен был бежать из родного города. Убежал он в Тиринф, к царю Прету. Радушно принял юношу царь, очистил его от преступления [У древних греков было в обычае, чтобы тот, кто совершил невольное убийство, бежал из отечества и на чужбине искал убежища у какого-нибудь богатого или знатного человека. Вошедши в дом его, он садился на очаге, покрывал лицо и на пол перед собой бросал орудие, которым совершено было убийство. Хозяин заключал из этого, что над чужеземцем должно совершить обряд очищения, закалывал поросенка, который еще сосал мать, кровью его натирал руки убийцы и омывал их потом водою очищения (люстральною водою)] и охотно дал ему место в своем доме. Дивного юношу полюбила супруга Прета Антея, но Беллерофонт не разделял любви ее. Оклеветала она его перед супругом, наговорила на него, будто он преследует ее своею любовью. Прет, веря речам супруги, стал помышлять, как бы погубить Беллерофонта. На дорогого до сей поры гостя сам Прет боялся наложить руки и вот послал он его к тестю своему ликийскому царю Иобату. Юноше Прет вручил дощечку складную, а на дощечке той начертаны были злосоветные знаки:

Много на дщице складной начертал их, ему на погибель:
Дщицу же тестю велел показать, да от тестя погибнет.
Беллерофонт отошел, под счастливым покровом бессмертных
Мирно достиг он Ликейской земли и пучинного Ксанфа,
Принял его благосклонно ликейских мужей повелитель:
Девять дней угощал, ежедневно тельца закалая,
Но воссиявшей десятой заре розоперстой,
Гостя расспрашивал царь и потребовал знаки увидеть,
Кои принес ему он от любезного зятя, от Прета.
И когда он приял злосоветные знаки,
Юноше Беллерофонту убить заповедал Химеру
Лютую, коей порода была не от смертных:
Лев головою, задом дракон и коза серединой;
Страшно дыхала она пожирающим пламенем бурным.
Грозную он поразил, чудесами богов ободренный.

Гомер. Илиада. VI, 169-183.

Беллерофонт поразил Химеру при помощи крылатого коня Пегаса. Когда Пегас возник из туловища обезглавленной Медузы, то полетел он над землею и в первый раз опустился на землю в Акрокоринфе, у источника Нейрены. Увидел Пегаса Беллерофонт, и неодолимое желание овладеть прекрасным конем проникло в сердце юноши, но как ни ловил он коня -- конь не давался. По совету пророка Полиида, лег Беллерофонт возле жертвенника Афины Паллады и ждал, не поможет ли ему богиня. Во сне явилась ему Афина, принесла золотую уздечку и сказала: "Спишь ты, эолийский вождь; встань, возьми эту смиряющую коней уздечку, покажи ее Посейдону и принеси ему в жертву лучшего быка". Юноша тотчас проснулся, проворно встал и -- диво! -- чудная уздечка была перед ним. Обрадованный, поднял он ее, поспешил к Полииду и рассказал о случившемся; пророк посоветовал ему тотчас же последовать совету богини, принести быка в жертву Посейдону и построить Афине Палладе алтарь. Юноша исполнил все это и, с помощью Посейдона с Афиной, поймал быстролетного коня, надел на него золотую уздечку и, одетый в медные доспехи, сел на него. С этих пор божественный конь постоянно служил герою; с ним Беллерофонт поразил и Химеру в Ликийских горах. Высоко поднявшись в воздух, он бросал в огнедышащее чудовище свои стрелы, пока не испустило оно дух.

Когда Беллерофонт возвратился с победою к царю Иобату, царь поручил ему покорить солимов, часто нападавших со своих гор на землю ликийцев. Счастливо воевал герой с этим храбрым, войнолюбивым народом.

В подвиге третьем разбил амазонок он мужеобразных;
Но ему, возвращавшемуся, Прет гибель устроил:
Избранных в царстве пространном ликиян храбрейших засаду
Скрыл на пути; но они своего не увидели дома:
Всех поразил их воинственный Беллерофонт непорочный.
Царь наконец познал знаменитую отрасль бессмертных;
В доме его удержал; и дочь сочетал с ним царевну;
Отдал ему половину блистательной почести царской;
И ликийцы ему отделили удел превосходный,
Лучшее поле для сада и пашен, да властвует оным
Трое родилося чад от премудрого Беллерофонта
Мужа: Исандр, Гипполох, и прекрасная Лаодамия.

Гомер. Илиада. VI, 186-197.

Гипполох имел мужественного сына Главка, ратовавшего под Троей; Лаодамия родила Зевсу Сарпедона, сопровождавшего Главка под Трою. Впоследствии, когда Беллерофонт стал ненавистен богам, Артемида сразила Лаодамию своею быстро губящею стрелою. Исандр пал на войне с солимами.

Тем счастием, которое Беллерофонту даровали благосклонные боги, он не наслаждался до конца жизни. Счастие омрачило его ум, очерствило сердце. Гордецу было мало человеческих радостей, он возжелал поравняться с богами, на быстролетном коне хотел он подняться на небо, в жилище отца богов. Но Зевс привел в ярость коня -- и сбросил бессмертный конь смертного всадника, а сам устремился к своим яслям. Беллерофонт упал на землю и охромел.

Стал небожителем всем неизвестен,

Он по ахейскому полю скитался кругом, одинокий,

Сердце тоскою круша, убегая следов человека...

Так страдал он, пока не настигнут был горькою смертью.