Размявшись на геополитике, приступили к смыслу жизни и сопутствующим вопросам.
Заводилой выступил Яшка. Начал издалека, с темы знакомой мне по армии. В общем, отважные литовские парни — это нихуя не литовцы (как написано в паспорте). Они делятся на жумайтов и аукштайтов. Причем, жумайты — козырные пацаны. Хе, в армии я от знакомых литовцев слышал противоположную версию. Но пока Яшку несло, не стал предъявлять претензии. По Яшкиной версии отважные жумайты всех на свете победили и создали Великую Литву до Черного моря. Ха–ха. И это я слышал в армии — Литва до Черного моря. Как дети малые, ей богу.
Потом Яшка продолжил завиральные идеи, что самые отборные жумайты теперь живут в Польше, потому что так надо. Таков их крест — нести культуру и быть во всем молодцами! Жумайты правят миром! Все как один пассионарии! И Яшка — один из пассионариев.
Мы с Марисом чуток схуели. Задали пару наводящих вопросов. Уяснили, что пациент пиздит, как дышит, ибо родом из Сувалок, то есть жопы польского глобуса. Успокоились, но ненадолго.
Первым подорвался я.
Блядь. Какие нахуй жумайты с аукштайтами! Нас, честных татар: казанских, мещерских, касимовских, астраханских, тептяшских, пермских, челябинских, сибирских и прочих — миллионы! Мы Татарию без выебства и пиара построили от Рязани и до Тихого океана, потом почесали репу над татарской империей, как англичане триста лет спустя, и решили — да ну нахуй! Пусть туземцы сами разъебываются со своими проблемами. Но империя была построена — факт! Иначе с кем там Ермак бился в жопе мира, чтобы следующую империю построить? С татарами, факт!
Закончил я короткий спич простой мыслью: Литва до Черного моря — это хорошо, а вот как насчет Татарстана до Тихого океана?
Тут очнулся Марис и в момент убил только–только вот–вот нарождавшийся срач.
Он сказал: — Что такое российская империя и вообще, что это за прыщ на карте, если рота латышского спецназа может вывести ее под ноль? Сотня латышей ака латышские стрелки — против ста миллионов россиян?
Мы с Яшкой утухли. Вот это пассионарии! Ну, или фишка так легла.
В общем, мы потом пиздели обо все на свете, кроме национальных муток. Сотня латышских стрелков, поставивших раком огромную страну — это не тема для пьяных разговоров.
У нас возникали другие темы.