На момент первого разговора по душам (то есть когда начал чуть–чуть мявкать по–аглицки и понимать туземцев) Джош высказал простую мысль: "Money is nothing".
Я чуток засомневался. Джош мысль повторил потом, потом еще раз и потом. Он жил с этой мыслью.
А хули? Он был прав. Но в то время я был туповат и широту мысли финансового аналитика из Сити нихуя не мог понять. Ну вот представьте — чувак зарабатывает миллион фунтов в год. Представили? Как бы до хуя. И очень даже можно жить! Охуительно жить, казалось бы...
Но! Налоги, отчисления в пенсионный фонд, в профсоюз финансовых аналитиков, еще в какую–то хуйню. А перед этим (или после, не разобрал) — алименты двум женам за трех детей и ипотека за дом в милом пригороде. На руки Джош получал что–то около трех штук фунтов. Опять, казалось бы можно жить... Ага... То есть нет. Так жить нельзя.
C одной стороны Джош был маяком, с другой стороны — тотальным беспросветным пиздецом, который мог возникнуть в будущем, пойди я по его пути. Зависит от того, что ты больше любишь в этой жизни. В любом случае любовь к деньгам приравнивалась к пустоте.
Слишком сложно? Тогда история Джоша, которая проста.
Натуральный финансовый аналитик из Сити в пять утра подрывался боевым овощем и мчался шабашить куда-то на мотороллере. После шабашки заскакивал на хауз около восьми утра, чтобы переодеться в цивильное и умчаться в Сити в офис.
Из офиса он приползал на том же мотороллере убитым напрочь в мозг и в организм после десяти вечера, чтобы уснуть и спать до пяти утра.
В субботу боевой овощ превращался в натуральный овощ и дрых до обеда. Потом пырился в "Матч оф зе дей", после чего сваливал на блядки и появлялся дома в понедельник утром, чтоб опять до пятницы седлать по утрам боевой овощной мотороллер типа "Тула".
Как бы вот такая диспозиция была, пока я лакал горькую и пенное со своими восточно–европейскими друзяшами.
Потом курсы кончились. Друзяша окунулись с разбега в новую британскую жизнь. Я же чуток ее попробовал ножкой и зассал окунаться с головой. Да ну нахуй! Вы только посмотрите, как тут ебло с утра полощут! Пора возвращаться назад, на Родину, к родным смесителям!
С другой стороны — какого хуя спешка? Ебло можно и холодной водой ополоснуть, а вот язык я так и не освоил. По–прежнему знал по–аглицки только про Лондон зе кэпитал оф грейт Бритн. Ну еще всякую разную хуйню мог купить в магазине. Еще любому местному еблану мог растолковать на пальцах, что тот не прав. И ваще не сцался никаких разговоров с аборигенчиками. А хули? Они меня понимали влет! Вот только я нихуя не мог разобрать — че они там в ответ лопочут.
По любасу надо было оставаться еще на месяц, чтобы все–таки понять о чем пиздят туземцы, завидев мое прекрасное существование.
Я остался после недолгого — часов на десять — разговора с Джошем под "баллантайнчик" и все остальное.