В каморке за актовым залом Дартфордской школы прошли два года.
Да, так точно. Ровно два года британская контрразведка сначала проверяла М.Егорова, потом не доверяла, потом не знала, что делать с советским агентом–перебежчиком.
В 1960–м году бюджет Дартфорда был в очередной раз пересмотрен мэрией. Кормить советского шпиона овсянкой забесплатно никто не собирался, поэтому финансирование Дартфордской тюрьмы с единственным заключенным М.Егоровым со стороны города было прекращено. Следовало подать заявку на правительственное субсидирование тюрьмы, однако заявка могла быть рассмотрена не ранее, чем в 1968–м году. Более перспективным казался вариант субсидирования Дартфордской тюрьмы через бюджет графства Кент. Можно было уложиться в 3–4 года, но при условии совершения общественно значимого преступления на территории графства Кент.
Кураторы из MI–5 пригласили М.Егорова на разговор в паб "Орел и дуб" и честно сказали, что у Миши есть три пути:
1. обосцать в городе Мейдстоне, столице графства Кент, какой–нибудь памятник;
2. трахнуть c особым цинизмом какую–нибудь старушку, опять же в Мейдстоне, желательно в центральном парке и обязательно днем, чтоб все видели и чтобы потом на общественных слушаниях вопросов не было по поводу финансирования тюрьмы;
3. собирать пожитки и валить из графства Кент. Ближайшие три года придется выживать самостоятельно. Через пару лет, если повезет, можно снова рассчитывать на одиночку в Дартфордской тюрьме.