Я "закончил" учебку по ремонту самоходных артиллерийских установок.

Установки в гвардейском полку, в который прибыл, наличествовали. Но тут момент: полк оказался кадрированным.

Отслуживший сразу поймет, что служба моя оказалась сладкий пряник и пионерский лагерь в одном флаконе. Гражданским штафиркам объясняю. Это такая военная доктрина у СССР была: нахуя городить танковые заводы, если на следующий день после начала войны их расхуярят стратегические бонбардировщики злых пендосов, против которых нет методов, как сейчас нет методов против Хаймарсов? Гораздо проще за полсотни лет до войны клепать танчики и аккуратно расставлять вдоль границ в чистом поле. К танчикам приклепать бэтры, пушки и прочую ебалду. Пусть тоже стоят в чистом поле. Заебутся хуярить из бомберов!

Чтоб весь этот металлолом не распиздили проходящие мимо колхозники, МО СССР выделяло пучок бойцов для охраны. Пучок бойцов назывался кадрированый полк. Мой полк оказался таким, кадрированным, и пучок состоял из сотни призывных рыл и полутора сотен офицерских (в народе – шакальих). Бойцов хватало аккурат на караульную службу согласно устава и дневальными по всякой разной хуете. Шакалы пребывали в неге. Если кто не в курсе, шакалы – это офицеры и прапорщики, дожидавшиеся часа икс, когда наступит война и в полк доставят мобилизованных. Мобиков переоденут в военную форму и отправят на фронт, где шакалы будут ими командовать, то есть превратятся в натуральных командиров!

За тем, как ржавели 9 самоходок моего полка, наблюдали пять шакалов и три бойца, один из которых дембель, которого я должен был заменить. И второй момент: из трех чурок, привезенных бухим капитаном, две (я и Талгат) оказались самоходчиками, а третья – связистом согласно записи в военном билете. Роты связи в полку не было по штату. Связиста тут же перевели в командиры танка, какая разница в какой ебалде чурка кнопки нажимает? Меня отправили в службу РАВ, то есть службу ракетно-артиллерийского вооружения, если кто не знает. Талгат, братуха из Волгограда, пошел служить натуральным самоходчиком, потому что закончил учебку, где готовили натуральных командиров самоходок.

Ну, как служить самоходчиком? Дембель, упомянутый выше, числился командиром самоходки на бумаге, по факту служил свинарем на полковом свинарнике. Талгат его заменил, отправился к свиньям. С тех пор братуху не видел.

Что могу сказать? Свезло. Свинарником оказалась бывшая немецкая свиноферма. Талгат тусовался в коттедже хозяев фермы, свиньи шарахались по остальной территории. Издалека были похожи на гончих собак, только нос пятачком сдавал их.

Отвлекся. Дележ чурок закончился, началось ожидание славян. Славянами оказались – молдаванин, русский из Казахстана и белорус. И это все. Для нашего полка других славянских призывников во всем Советском Союзе не наскребли.

Противолодочная ракета комплекса «Раструб» на испытаниях в ре­жиме «против НК» иногда при довороте не долетала до цели, «садилась на воду». Комплекс был уже сдан на вооружение. Специалистами при­нимались меры для устранения дефекта: уточнялись результаты полунатурного моделирования, готовились решения на проведение натур­ных испытаний и т. д. Начальству нужно было доказывать необходимость проведения испытаний и доработок. Но у начальства находились уже более важные дела.

Инженер МКБ Анатолий Зубарев решил ускорить процесс. Он на­писал соответствующее письмо в компетентные органы, но подписи не поставил. Вроде, как доброжелатель. Решение было принято немедлен­но. По стилю письма в МКБ автора, конечно, вычислили, но обошлись вежливо.

Вскоре провели контрольную стрельбу и получили прямое попада­ние в районе ватерлинии мишени. После осмотра мишени инженер МКБ Володя Филимонов в курилке пошутил: «Опять, наверное, села на воду при довороте, либо шла по поверхности...».

Неприметный мужичок, куривший, как и все, «Приму», нетороп­ливо отошел от курящей братии и затем ускорил шаг.

Спустя некоторое время компетентным органам готовилось обосно­ванное заключение, в подготовке которого принимали участие заказ­чик, руководство МКБ, инженеры Зубарев и Филимонов. Они убежда­ли их, что принятые меры вполне достаточны.